Блокадника, запустившего по Неве 900 корабликов-писем в день инаугурации президента Медведева, выселят из комнаты в ближайшее время (фото)

Блокадника Леонида Рубинштейна, запустившего по Неве 900 корабликов-писем в день инаугурации президента Медведева, выселят из комнаты в ближайшее время. Глава Адмиралтейского района Константин Шмелев на пресс-конференции в пятницу заявил, что блокадник сам «ухудшал свои жилищные условия в 1990-х годах». Районная власть обещает, что с инвалидом теперь разберутся следственные органы.

Напомним, в ночь с 6 на 7 мая 70-летний Леонид Рубинштейн запустил по Неве в районе Смольного 900 пластиковых контейнеров с горящими свечами. В каждый из «корабликов» он положил письмо к новому президенту, в котором пожаловался на действия петербургских чиновников, выселяющих его из комнаты в коммунальной квартире.

Днем 30 мая пресс-конференцию собрал глава Адмиралтейского района Константин Шмелев. Чиновник сделал заявление о том, что «Рубинштейн сам ухудшал свои жилищные условия», и именно поэтому администрация не пошла ему навстречу с комнатой. В подтверждение Шмелев раздал журналистам справку с данными о прописке блокадника с 1992 по 1999 годы по восьми разным адресам, пишет Фонтанка.ру.

Из слов чиновника следовало, что он также подозревает Рубинштейна в махинациях с недвижимостью, а потому изучением квартирного вопроса блокадника теперь «занимаются следственные органы». Из комнаты тот будет выселен в ближайшее время. «Где он живет сейчас и где он вообще жил, как он жил в советский период, вы спросите у него самого», — закончил выступление Константин Шмелев, кивая на Леонида Рубинштейна, который также был на пресс-конференции.

Сам Леонид Рубинштейн попытался задать вопрос чиновнику, но тот ответил, что не намерен вступать в дискуссию. Блокадник объяснил, что в последние 9 лет живет в комнате на Мойке и не понимает, почему Шмелев подозревает его в каких-либо квартирных махинациях.

По словам самого Рубинштейна, первый раз он остался без жилья в 1998 году. Тогда при продаже квартиры исчезло агентство недвижимости, исчезло вместе с деньгами, вырученными от продажи жилья Рубинштейна. Он стал искать, где прописаться, пока в 1999 году не начал жить гражданским браком с Еленой Зрюкиной на набережной Мойки — в одной комнате 8-комнатной коммуналки. Так он оказался зарегистрирован по этому адресу. Зрюкина болела туберкулезом, и умерла в 2004 году.

Тогда Леонид Рубнштейн пришел в администрацию Адмиралтейского района с просьбой оставить эту комнату за ним и дать в ней дожить. Однако чиновники отказались заключить с блокадником договор социального найма, посоветовали идти в суд. Районный суд за год вынес решение в пользу старика, решение вступило в законную силу, и администрация заключила с Рубинштейном договор социального найма — на право пользования комнатой. Спустя несколько месяцев решение суда оспорила соседка по коммуналке Надежда Рейх, и суд постановил: выселить Рубинштейна без предоставления другого жилого помещения. Однако решение это не исполнили — на дворе была зима.

Все годы судебной тяжбы инвалид обивал пороги чиновничьих кабинетов, просил не выселять его. Но нигде не встретил понимания. Тогда Рубинштейн вновь обратился в суд — это было уже весной прошлого года, и в декабре 2007-го районный суд пересмотрел дело в его пользу. Районная администрация не оставила это без внимания.

Глава администрации Адмиралтейского района Константин Шмелев лично подписал и направил в суд кассационную жалобу на решение районного суда. В феврале городской суд окончательно определил: в силе нужно оставить второе по счету решение суда, по которому Рубинштейн подлежит выселению «без предоставления другого жилого помещения». К старику вот-вот должны были прийти судебные приставы. Тогда блокадник и решился на акцию отчаяния с отправкой 900 корабликов новому президенту.

В среду городская служба судебных приставов распространила заявление о том, что исполнительное производство в отношении блокадника Рубинштейна приостановлено. Причина такова: при выходе в адрес приставы не застали Рубинштейна в комнате. Рубинштейн прокомментировал это событие так: «Я специально не появляюсь в комнате, живу у знакомых, чтобы не встретиться с приставами. Я договорился с одним человеком, чтобы он пожил временно в этой комнате и ее не опечатали».

После пресс-конференции блокадник сказал корреспонденту «Фонтанки»: «Я очень расстроен. Мне теперь ясно, что власть закусила удила, и все-таки выселит меня на улицу. Шмелев не дал сказать мне ни слова, публично пообещал натравить на меня следственные органы, мало ему было судебных приставов! На каком основании, зачем? Какие-то дикие подозрения в квартирных махинациях! Это ложь и неудачная попытка чиновника объяснить свои странные поступки. Шмелев предложил приютить меня в социальном доме, если мне некуда будет идти. Но я-то прошу всего одного: просто оставьте меня в покое и дайте дожить в этой комнате».