В последние годы режиссеры вываливают на нас тонны личных «откровений» на тему оборотней и вампиров, но даже в самых «новаторских» порывах идут не дальше заявленных жанровых мутаций, а под конец банально выруливают к мифологическим истокам. Обычно такие фильмы считают неудачами (два примера – «Вампирша» (2007) Себастьяна Гутьереса и «Волки-оборотни» (2006) Джеймса Айзека).
Куда остроумней поступает Дэвид Слэйд в «30 днях ночи», считает обозреватель сайта www.interkino.ru. Пока его перепуганные герои лихорадочно гадают, кто рвет в кровавые ошметки их бедный городок, и не вампиры ли они, сам режиссер отказывается обозначить зло конкретными словами. Распоясавшиеся монстры с запекшейся кровью на жутких рожах наследуют сразу всей вампирской мифологии, но с таким нахальством, что не возникает и сомненья – они здесь первые, а после них – потоп.
Вот этот легкий инновационный сдвиг, позволяющий фильму казаться свежее своих ближайших конкурентов (аналогом в «оборотническом» жанре можно назвать, пожалуй, «Псов-воинов» (2002) Нила Маршалла) и при этом не скатиться в запредельную ересь, делает «30 дней…» самым ярким образцом жанра хоррора, возможно, со времен «Спуска» (2005) все того же Маршалла.
Монстры в фильме подобраны со вкусом. Мало того, что это уже не просто тупое нападающее стадо, физически превосходящее людей, но, по сути, деперсонализированное, а едва не целый клан, такое закрытое общество для клыкастых леди и джентльменов со своим внутренним уставом, иерархией, кодексом и едва обозначенным легендарным прошлым.
Новые вампиры начисто лишены романтики
Вампирский жанр, один из старейших в кино, за 100 лет своего существования практически выродился, считает автор журнала «Time Out». Темные нетопыри-носферату, вселявшие животный ужас в кинозрителей 1920-х годов, сначала мутировали в изломанных салонных убийц, затем в печальных наркоманов и вот уже окончательно перешли в категорию бутафорских ужасов, пугал для маленьких детей. Экранизируя комикс «30 дней ночи», режиссер Дэвид Слэйд задался целью возродить вампиров в их изначальном, чудовищном естестве — и, надо заметить, ему это удалось. «Бога нет», — просто говорит один из адских пришельцев в ответ на молитвенный крик, издаваемый очередной жертвой. А раз так, то, как известно, все позволено.
Новые вампиры начисто лишены романтики, эротизма и общей привлекательности. Утратившие все чувства, кроме голода, прошедшие сотни миль ради легкой наживы, «неумершие» переговариваются на жутком гортанном языке, лишь отдаленно напоминающем человеческий, а в моменты наивысшего наслаждения издают первобытный будто бы клекот. Истошные вопли существ (которые, словно из суеверного страха, ни разу не названы здесь своим именем) отлично гармонируют с завыванием вьюги на погруженных во тьму улицах Барроу. Битва с ними — не нарядный охотничий выезд со стрелками и загонщиками, не размеренная шахматная партия, где за ходом ночи делается ход дня, а бешеная гонка на выживание в холоде и мраке. Пришельцы так же безличны, беспощадны и непобедимы, как ледяная стихия. На них не действуют ни крест, ни молитва, ни чеснок. Но спасет горожан — и тут режиссер Слэйд ударяется в романтизм, невиданный со времен «Дракулы Брэма Стокера» — любовь. Ведь она и есть тот, кого якобы нет.
Фильм идет с 10 ноября в кинотеатрах:
Kinostar City
Mori Cinema
Neo
Nord
Академический
Балканский
Заневский каскад
Каро-фильм (в Варшавском экспрессе)
Каро-фильм (в Континенте)
Каро-фильм (на Байконурской)
Киномакс
Кристалл-Палас
Меркурий
Мираж-синема
Мираж-синема (в Гулливере)
Мираж-синема (в Ульянке)
Пик
Пулково-фильм
Родео-Драйв
Синема-парк
Художественный
VK
OK
Telegram
Дзен