Как сообщает Фонтанка.ру со ссылкой на АЖУр, в Педиатрической академии рассказали, ребенок, покусанный собаками, до сих пор находится в реанимации. Вчера вечером у него была температура 36,8, сегодня – 37,3. Врачи оценивают его состояние как тяжелое.
Напомним, жертва жестокого нападения собак, 13-летний Кирилл Лисиченко, накануне пришел в сознание. Как рассказали петербургским Вестям в Педиатрической академии, его отключили от аппарата искусственного дыхания — все последние дни после 12-часовой операции ребенок был без сознания. А в субботу буквально случился прорыв. Как сообщил в телефонном интервью ректор Академии, мальчик сначала удивился, что лежит в больнице, но потом понял, почему он там. Немного поговорил с докторами и заснул.
Определенно, победа врачей, считает профессор Леванович, то, что у маленького пациента есть чувствительность рук и ног, он даже может шевелить пальцами. Спустя несколько часов, после того как ребенок пришел в сознание, Кирилла все же вновь подключили к аппарату искусственного дыхания — ребенку пока ещё тяжело продолжительное время дышать самому.
Как ранее сообщала ГАZЕТА.СПб, трагедия произошла 30 июня в поселке Тарховка Курортного района Петербурга. Гувернантка семьи бизнесменов, она же няня собак, выгуливала трех собак породы африканский бурбуль на длинном поводке, но без намордников. На лесной тропинке они встретились с 13-летним подростком, и женщина не смогла удержать животных.
По предварительным данным, сначала одна из собак укусила его за ногу — мальчик закричал, после чего на него набросились остальные собаки. Животные почти отгрызли мальчику ноги, повреждена голова. Одна из собак была застрелена прибывшими милиционерами, вторая — ранена, а третья убежала в дом. По факту случившегося было возбуждено уголовное дело.
Несмотря на развернувшуюся дискуссию в СМИ, владелец собак Валентин Шадрин хранил молчание, интернет-порталу Фонтанка.ру бизнесмен признался почему. Издание приводит его рассказ дословно.
«Через 30 минут после трагедии мне позвонили соседи. Я вызвал на место ветеринаров, друзей, адвоката, управляющего делами. Они подтвердили мне страшную картину того, что произошло. Что за молния собак ударила, мне непонятно… Как только я узнал телефон мамы Кирилла, то сразу ей позвонил и сказал, что сделаю все, чтобы к ночи быть в больнице. На месте матери я бы не смог говорить с человеком, чьи собаки сделали такое с моим ребенком… Но мы поговорили. Она поняла, что я не какой-то пьяный водитель, который сбил на перекрестке ее ребенка. Через десять часов после происшествия был уже в больнице, срочно прилетев из-за границы. Операция подходила к концу… Понимаете, нельзя сейчас говорить о том, что случилось… Эта трагедия — слезы родительские… А в газетах перевирают. Няню так полоскают… А она подвиг совершила — двадцать минут до приезда милиции делала все, что могла, когда люди стояли и смотрели..»
«Ну как я сейчас расскажу, что собаки были хорошие? Это все больно слушать родителям мальчика. У меня сын такого же возраста — двенадцать с половиной лет. И я ставлю себя на их место: если бы с ним такое случилось, то какие-то рассказы про ласковых собак были бы как пощечина. Теперь никого не интересует, что весь поселок собак любил, что все дети играли с ними, что они воспитанные, а не какие-то загородные злобные псы, которые что-то там охраняли и на цепи сидели. Это были домашние собаки, жили внутри дома, который всегда открыт для гостей. 20 — 30 человек могут прийти к нам: и дети, одноклассники младшего сына, и здоровые, взрослые мужики — друзья старшего — все с собаками резвились, бесились, гладили, чего только ни делали. Они никогда даже не рычали.
Дети в поселке все время подбегали к ним, чтобы погладить. У собак были два очень хороших ветеринара, каждый месяц их обследовали. Они ели лучшие корма — я всегда был против того, чтобы собакам давали сырое мясо. Считал, что это может спровоцировать их. Милиция опросила жителей поселка — все сказали, что собаки были спокойные. Когда мой ротвейлер умер от рака, я специально искал таких семейных собак. Когда мы гуляли, с ними не раз просили сфотографироваться в обнимку, а они послушно сидели перед объективом».
«Да, гуляли без намордника. Да, это нарушение, нехорошо. Но они всю жизнь по поселку так гуляли и никого не трогали. Сейчас я вижу многих хозяев, которые идут с собакой и гордятся тем, что их собаку боятся. Я гордился тем, что мои большие собаки такие добрые и ласковые. Поэтому их в поселке любили. Чтобы не причинять дискомфорта, перед прохожими я всегда усаживал собак и закрывал корпусом — в этом и есть ответственность владельца собаки.
Пишут, что няня была чуть ли не божьим одуванчиком и не смогла приказы отдать, но они выросли с ней и всегда слушались беспрекословно. Это сильная, уверенная женщина, которая больше 30 лет воспитывала в своей семье собак разных пород. И в том, что сын опоздал на 15 минут и она вышла гулять с собаками без него, не было ничего угрожающего — собаки ее слушались всегда. Но это не оправдания. Потому что нет этой трагедии оправдания.
Сейчас все это неважно, важно мальчика вытянуть… Я все делаю для здоровья Кирилла. Как раз сейчас стою у больницы… Состояние его потихонечку улучшается. Я отдаю себе отчет, что потребуются не одна операция, послеоперационная терапия и реабилитация. Процесс восстановления займет несколько лет. И я заверил маму Кирилла, что все это время я буду с ними. Сделаю все, чтобы мальчик снова стал здоровым человеком. В учебе он отстанет, надо будет догонять… Будем вытягивать ребенка — это теперь моя жизнь, мой крест. Дай Бог, чтобы все было нормально».
VK
OK
Telegram
Дзен