Балетная труппа театра оперы и балета Санкт-Петербургской Консерватории, пережив нелегкие времена реорганизации театрально-консерваторских отношений, возродилась к жизни в новом качестве.
По рекомендации народного артиста России, профессора Н.Н. Боярчикова балетмейстером – постановщиком театра Консерватории приглашен известный хореограф Давид Авдыш, сфера творческой деятельности которого включает не только постановки балетов и опер (одна из последних его удач – постановка в Киеве балета «Мастер и Маргарита», имевшая большой успех), но и музыкальные ревю для театров и варьете, спортивные программы для лучших фигуристов мира (в том числе, и олимпийские программы Евгения Плющенко), постановки танцев в кино и на телевидении, пишет сайт www.musaget.ru. Авдыш ставил программы и многим звездам отечественного шоу-бизнеса.
Рассказывает Данил Салимбаев, заведующий балетной труппой театра Консерватории:
— Для меня было очень значимо приглашение Давида Авдыша к совместной работе, которое я получил весной текущего года. Перед нами стояла нелегкая задача создания новой труппы на развалинах старой, из которой осталось всего одиннадцать человек, большинство — без профессионального образования. Нам удалось справиться с этой проблемой. Сейчас в труппе более пятидесяти профессиональных артистов. В своей репертуарной политике мы руководствуемся убеждением, что основой профессионального мастерства служит классический репертуар. А потому в первую очередь мы восстановили классические редакции «Лебединого озера» (хореография Л.Иванова, М. Петипа и К. Сергеева) и «Жизели» (по первичному хореографическому тексту Ж. Коралли и Ж. Перро, сохраненному в постановках Петипа). В дальнейших планах — постановка новой версии «Щелкунчика» (балетмейстер-постановщик Д.Авдыш). Однако, не ограничиваясь традиционным классическим репертуаром, мы намерены тесно сотрудничать с кафедрой хореографии Консерватории, а также с ведущими балетмейстерами – как российскими, так и зарубежными.
Натела Ториашвили, исполнительница главной партии в спектакле «Жизель»:
— Мне необыкновенно приятно работать в театре Консерватории. Это — мой дом, где я получила прекрасную профессиональную школу после окончания Хореографического училища в Тбилиси. С тех пор прошло много времени. Я работала по контракту в Сиетле (США), в Израиле, в театре Якобсона, в «Имперском русском балете» в Москве. Мне посчастливилось общаться с легендарными балетными артистами, среди которых — Майя Плисецкая, Владимир Васильев, Михаил Лавровский, Валентина Ганибалова, Олег Соколов…
Вернувшись в театр Санкт-Петербургской консерватории, я окунулась в атмосферу тепла и доверия, созданную здесь руководителями труппы. Это очень важно для творческих людей. Поэтому артисты стремятся сюда из других коллективов, поэтому так явно растет мастерство труппы день ото дня (и это отмечают не только зрители, но и руководители «конкурирующих» трупп). Молодые артисты (а наша труппа очень молода) работают с громадной отдачей, и это делает наш спектакль «Жизель» очень живым, целостным.
Я танцевала Жизель во многих странах и городах. Это моя любимая героиня. Она жизнерадостна, влюблена, живет для того, чтобы любить. А потому причина гибели ее — не хроническая болезнь сердца, а погубленная любовь, невозможность поверить в обман. Мой замечательный партнер — молодой, очень талантливый солист Илья Заботин (граф Альберт) — тонко воплощает яркие, правдивые чувства. Мне кажется, наш спектакль по-настоящему романтичен…
Театр консерватории
Адрес: Театральная пл., 3
Метро: Невский проспект, Садовая
Телефоны: (812) 312-25-07
Справка: Имя Давида Авдыша широкой публике неизвестно, зато в музыкальной тусовке его знают отлично. Именно Авдыш ставил программы многим звездам отечественного шоу-бизнеса, пишет сайт www.peoples.ru. Однако о своей работе со знаменитостями он не очень любит вспоминать — оно и понятно. После гастролей с Машей Распутиной Давид чуть не угодил за решетку, Филипп Киркоров переманил танцовщиков его балета, да и с Аллой Борисовной отношения у балетмейстера не сложились.
— Как вы — классический балетмейстер — попали на эстраду?
— В 1986 году нас с Эйфманом пригласили в Москву участвовать в каком-то торжественном концерте по поводу съезда ЦК ВЛКСМ. Борис ехать не хотел, и мы с ним договорились. Я делаю балетные номера сам, а на афишах стоят два имени. А после этого мне предложили поставить рок-оперу «Джордано Бруно». В главных ролях там были заняты Леонтьев и Долина, и после выпуска спектакля я сотрудничал с обоими исполнителями еще какое-то время.
— Все-таки Леонтьев и Долина в первую очередь вокалисты, а не танцовщики. Не трудно ли было учить их искусству движения?
— Леонтьев — профессионал, всегда старается, чтобы шоу получилось настоящим. Он никогда не откажется попробовать выполнить какое-то движение, даже зная, что сделать это будет достаточно сложно. К тому же Валера — старательный мужик и у него очень хорошая природная пластика. С ним в конце 90-х я сделал программу «Красавица и Казанова». Потом наши пути разошлись, но мои артисты еще долгое время танцевали в его программах.
— А с Долиной как работалось?
— Поначалу было очень сложно. Долина просила ставить ей как можно меньше танцевальных номеров. В те времена она вообще не умела двигаться, даже простейшую поддержку сделать не могла. К тому же искренне считала, что ей это вообще не нужно, потому что для певицы главное — вокал. Сегодня зато Ларису не узнать, расплясалась. Я с удовольствием наблюдаю, как прекрасно она работает с балетом.
— Вы ставили для многих звезд отечественного шоу-бизнеса. С кем работали дольше всего?
— С Филиппом Киркоровым. За три года сотрудничества мы с ним сделали несколько удачных программ, а потом разругались в пух и прах. Он опоздал на репетицию на 40 минут, и я послал его на большое количество букв. При этом оставил ему свой балет, у Филиппа были еще запланированы концерты в Москве. А потом узнал, что он договорился с моими артистами и просто перекупил их, не поставив меня в известность. В результате Киркорову достались готовое шоу «Я не Рафаэль» и моя балетная труппа. Кстати, обещанных денег за эту работу Киркоров до сих пор мне так и не заплатил полностью. Похожая история и с авторскими отчислениями за прокат шоу. Три года Филипп ездил с ним, а деньги я получил лишь однажды — в Петербурге. Просто тут все знали, кто автор программы «Я не Рафаэль», и Филипп не мог это скрыть. За прокаты же во всех остальных городах и за рубежом я не получил ни копейки. Даже имени моего на афишах не было.
VK
OK
Telegram
Дзен