В Петербурге есть мини-музей замков и ключей

Владелец и хранитель музея – петербуржец Владимир Кутыловский. О ключах и замках он знает практически все, пишет газета «Метро». Работа у него такая. Владимир Алексеевич – профессиональный взломщик сейфов. Работать он предпочитает в одиночестве. Выезжая “на дело”, берет с собой набор инструментов. Иногда получается открыть сейфовый замок за считанные минуты, но порой приходится возиться с мудреным запором и ночь напролет. Но к криминалу Владимир Кутыловский отношения не имеет. Его заказчики – сплошь крупные банки да серьезные фирмы. Его приглашают, если потерялся единственный ключ от хранилища или дверь сейфа по какой-то причине не открывается. Замки в таких бронированных дверях слишком дорогие – ломать не хочется. Поэтому на помощь приходит Владимир Кутыловский. Он знает методы взлома замков с минимальными потерями для изделия.

– Бывают, конечно, и забавные случаи, – вспоминает Владимир. – Например, просят разобраться, почему ключ в замок сейфа вставляется, но поворачиваться не желает. А ключ внутри полый. Такая проблема решается за полминуты. Дело в том, что за десятки лет в ствол ключа забиваются табачные крошки, семечки, фантики. Ключ вставляется в скважину, но не поворачивается, потому что не доходит до конца. Cверлышком достаются эти “дары природы”, и ключ открывает замок.

Коллекционер Владимир Алексеевич работал и в советские времена – обслуживал госпредприятия. А когда наступили “лихие” девяностые, многие сейфы оказались никому не нужными. Их новые владельцы – “малиновые пиджаки” – просто сдавали уникальные сейфы с замками ручной работы в металлолом. Но многое все же Владимиру удалось найти и сохранить.
– Петербург до революции был экономической столицей России. Поэтому здесь можно найти уникальнейшие вещи. В Москве таких не встретишь. Причем до сих пор в некоторых питерских фирмах стоят немецкие и английские замки со столетней историей, пережившие революцию, блокаду. Что важно – они до сих пор исправно работают.

В коллекции Владимира есть, например, дверной доводчик американского производства. Он стоял на дверях одного из питерских банков на Невском проспекте. Ему почти сто лет – родом он из далекого 1911 года. И до сих пор в рабочем состоянии. На нем остался след войны – глубокая царапина от осколка бомбы.

Шильдики. Особая гордость Владимира Кутыловского – коллекция шильдиков, металлических бирок с названием производителя замков и сейфов.
– Надо сказать, что охотников за старинными замками немало, – говорит Владимир. – Бывает, открываешь старый сейф, а шильдик уже спилен.
Бросается в глаза, что в коллекции Кутыловского на некоторых металлических табличках со старых немецких замков слово “Берлин” грубо затерто каким-то острым предметом.

Дело в том, что после войны владелец немецкого замка или сейфа запросто мог угодить в тюрьму.

– В любой бирочке – дух эпохи, – рассказывает Владимир. – Кстати, после революции в Ленинграде делали неплохие сейфы в колонии для несовершеннолетних. Юные преступники изготовляли сейфы, которые, может, раньше и вскрывали.

Терминология. Владимир коллекционирует не только замки и сейфы, у него собрана большая коллекция замочно-сейфовых историй и терминов. Так, Владимир знает как минимум три варианта происхождения слова “медвежатник”.

– Раньше сейфы называли медведями, – рассказывает Владимир. – Даже на шильдике некоторых сейфов нарисован медведь. Соответственно, тех, кто их вскрывал, называли медвежатниками. Вариант второй: у взломщиков был инструмент – медведка. С его помощью разрушался один из важнейших элементов замка – так, что одним движением руки можно было открыть замок. И третий вариант: набор взломщика (с отвертками, коловоротами) весил около 70 кг. Чтобы его поднять, человек должен был обладать недюжинной физической – медвежьей – силой.

В музее хранится один из таких рабочих наборов медвежатника с внушительных размеров инструментом. С ним связана реальная питерская криминальная история.

В Петрограде в 1924–1925 годах орудовал бандит Черных со своими подельниками. Позже их окрестили “бандой килечников”. Они вскрывали банковские сейфы – вспарывали их, будто консервные банки. Причем рвали сталь толщиной до 10 мм. Промышляла банда ровно год. Когда взломщиков повязали, обнаружили у них вот этот набор. В него входили прошивка – большой гвоздь, нож-открывашка больших размеров и набор удлинителей. Прошивку вбивали в дверь, потом вставляли в дыру консервный нож с полутораметровым рычагом и всей этой конструкцией вспарывали любой сейф. Кстати, в те времена подобными ножами пользовались в порту, вскрывая бочки с кильками. Так что все гениальное – просто!

Безопасность. В коллекции Владимира все замки – механические. Но сам он признает, что постепенно они уходят в прошлое – будущее за электроникой.
– Хотя я лично остаюсь верен механике. Пока по надежности механический замок лучше. Ну а в замке, изготовленном сто лет назад, помимо прочего чувствуются почти физически душа и энергетика мастера, который его сделал. И работать с таким замком – одно удовольствие.