Этот шедевр Валерий Гергиев уже представлял публике в 2003 году. В июле «Псковитянка» прозвучала под стенами Псковского Кремля на юбилейных торжествах, посвященных 1100-летию со дня основания города. Теперь для постановки созданы роскошные декорации, и она украсила афишу Мариинки, сообщает канал «Культура».
«Публика устала от модных тенденций, от эффектов, которые порой заменяют мастерство», – считает режиссер постановки Юрий Лаптев. Поэтому нынешняя «Псковитянка» обязательно понравится публике.
«Псковитянка» художника Федора Федоровского шла здесь и в 1952 году, и в 1977, и в 1992-м. А создавалась и вовсе в 1932 году — для Большого театра. Реинкарнация соцреалистического оперного хита, по мнению Валерия Гергиева, стоявшего за пультом, — предприятие вполне актуальное, пишет «Коммерсант».
Оркестровое вступление к Пятой картине. На сцене, густо поросшей вековым, замшелым, абсолютно шишкинским лесом, собирается гроза. Гром гремит, молнии сверкают, ливень (световой) как из ведра, а тут деревья с кустами как закачаются! — в зале аплодисменты. По авансцене под уздцы проводят трех живых лошадей с Иваном Грозным и его опричниками — бурные аплодисменты. Спустя пару минут трое ряженых под царя наездников прогоняют этих самых лошадей осторожной рысью — в зале овация.
Точно так же радостно и непосредственно реагировала переполнившая Мариинку публика на прочие «изюминки» спектакля, заготовленные полвека назад Федором Федоровским и подрежиссированные давеча Юрием Лаптевым. Чего стоит, например, появление Ивана Грозного на псковской соборной площади: пышность, золото, всеобщая суета, царь влетает, проносится к церковной паперти, вдруг резко оборачивается к толпе и застывает в живописной хищной позе. Немая сцена. Взрыв аплодисментов. Занавес падает, потом взлетает вновь — царь на том же месте. Овация.
Одним словом, новая-старая «Псковитянка» не просто отчаянно живописна, а канонически живописна: псковские дали прописаны во всех деталях и синеют почище чем у Левитана, псковский кремль застроен древними белокаменными церквями по всем правилам художественной перспективы. Псковские бояре в расшитых кафтанах как один дородны и рассудительны, девушки в сарафанах всех цветов радуги кокетничают в приторной оперной манере. Иван Грозный, как ему и положено, передвигается на ястребино-орлиный манер (ноги полусогнуты, руки растопырены, пальцы скрючены, борода торчком).
Малюта Скуратов обряжен в такую сверкающую кольчугу, а меч у него такой длинный, что хочешь не хочешь, а устрашишься. Режиссеру с визуальным материалом господина Федоровского — изобильным и самодостаточным — и делать-то почти нечего. Юрий Лаптев, отвечавший за режиссуру нынешнего «кап. возобновления», в соцреалистический оперный канон решил не вмешиваться. Массовку развел вполне грамотно, певцов суетиться не заставлял. В итоге все действующие лица страдали, любили и боролись в почти полной неподвижности, а их традиционно оперная жестикуляция, которую в других постановках принято ругательски ругать, здесь оказалась трогательно уместна: каноническому видеоряду — каноническое сцендвижение.
Музыкальные достоинства «Псковитянки» оказались под стать сценографии. В руках Валерия Гергиева оркестр зазвучал мясисто, энергично и точно в лучших традициях Мариинки конца 90-х (когда Маэстро записывал «Псковитянку» для Philips Classics). Что местами оркестр перекрикивал солистов — так это не беда, это традиция. А что вокалисты — все как один голосистые и удачно совпавшие с типажами своих героев — в стремлении угнаться за оркестровым напором забывали о дикции, так это и вовсе закон жанра. Зачем же иначе субтитры над сценой (пусть и на английском), если не за тем, чтобы по ним пытаться разобрать, отчего конкретно в данную минуту страдает Княжна Ольга (вообще-то, замечательное сопрано Татьяна Павловская), или к чему призывает посадничий сын Михаил Туча (Михаил Вишняк)? Исключением из оперного правила стал только Геннадий Беззубенков (Князь Юрий Токмаков), с откровенно театральной смачностью пропевавший свои воззвания к псковичам.
Сравнительно недавнее возобновление этой канонической «Псковитянки» в Большом театре, говорят, особого успеха не имело. В Мариинке, судя по реакции публики, вышло ровно наоборот.
VK
OK
Telegram
Дзен