Сторона обвинения вызвала в зал суда эксперта-криминалиста УФСБ России по Санкт-Петербургу и Ленинградской области Владислава Морозова, который проводил дактилоскопическую экспертизу изъятых у подсудимых во время обысков тротиловой шашки и брикета пластичного взрывчатого вещества, передает БИА.
На пакете, в котором лежала тротиловая шашка, был обнаружен лишь один пригодный для идентификации след пальца, а на пакете с брикетом пластита – два следа. Однако, как установили специалисты, отпечатков обвиняемых на боеприпасах нет.
Сторона обвинения выяснила у эксперта, что существует определенный процент людей, которые вообще не оставляют следов пальцев на предметах. Кроме того, даже если человек не относится к данной группе, не каждое прикосновение оставляет на предмете потожировой след.
Свои вопросы криминалисту задала и сторона защиты. Адвокаты попытались выяснить у него, возможно ли идентифицировать вышеупомянутые три следа при помощи компьютерной системы правоохранительных органов «Папиллома».
Однако последний отказался отвечать на вопрос о базе данных отпечатков пальцев, сославшись на служебную тайну. Федеральный судья Аркадий Кургузов поддержал свидетеля, сняв данные вопросы.
Адвокаты также попытались представить присяжным ответ на свой запрос из штаба Ленинградского военного округа о сроках хранения документов о боеприпасах.
Военные ответили, что данные о передаче боеприпасов с заводов на склады и со складов в войсковые части могут дать только по запросу компетентных органов, например, ФСБ. Свое намерение защита мотивировала тем, что следователь ФСБ не выяснил происхождение найденных у подсудимых гранаты Ф-1 и корпуса от такой же гранаты, сославшись на то, что это невозможно сделать.
Судья отклонил данное ходатайство на том основании, что оно не имеет отношения к делу, ответ на запрос не несет в себе важной информации.
Кроме того судья отказался представить присяжным и медицинские документы одного из обвиняемых, Тимура Саидгареева, у которого очень плохое зрение.
Сторона защиты хотела огласить их в присутствии присяжных, так как по версии обвинения именно Т.Саидгареев должен был бросать гранату в губернатора Северной столицы.
А.Кургузов резонно заметил, что последняя справка офтальмолога датирована 1998 годом, кроме того, ни один из участников процесса не разбирается в медицинской терминологии.
На заседании также были вновь допрошены подсудимые. Адвокаты расспросили их о подробностях задержания. Владиславу Баранову его защитник Максим Гафаров задал вопросы относительно изъятого в его комнате жесткого диска, на котором содержится множество текстовых файлов об исламе, рукопашном бое и методике применения оружия.
Подсудимый пояснил, что «скачивал» текстовые файлы в интернет-кафе сотнями, а затем просматривал их дома.
В качестве первого объекта для теракта была избрана губернатор Валентина Матвиенко. За компанию предполагалось ликвидировать, как уверено обвинение, и петербургского муфтия Панчаева. К деятельности «джамаата» Саидгареев, якобы, привлек Муратова и Баранова, таких же новообращенных мусульман, как и он сам.
Устранение Валентины Матвиенко планировалось совершить на празднике Сабантуй в последнее воскресенье июня прошлого года. Все трое «заговорщиков» были арестованы сотрудниками УФСБ по Петербургу и Ленинградской области 17 мая прошлого года возле Цирка на Фонтанке при получении у некоего Анзора, переданного от Муслима сумки с гранатой, некоторого количества взрывчатки и взрывателей. Муслим Ильмурзаев и Анзор находятся в розыске.
Вовремя допроса подсудимые заявили, что никакого покушения на Валентину Матвиенко они не готовили. Целью же акции на Сабантуе должно было стать привлечение внимание властей, населения и СМИ к проблемам, с которыми сталкиваются мусульмане в Петербурге
На следующее заседание, которое состоится через неделю, 2 апреля, запланированы прения сторон и последнее слово подсудимых.
VK
OK
Telegram
Дзен