Дебютный литературный вечер Ренаты Литвиновой вписывался в контекст разношерстных антрепризных мероприятий, объединенных общим принципом: публика валит на них не ради хорошего театра или высшей пробы актерского мастерства, а просто побыть в одном пространстве с медийными лицами, пишет «Коммерсант».
Несмотря на рекордную для подобного жанрового формата дороговизну билетов (за лучшие места в партере просили до шести с половиной тысяч рублей), случился аншлаг — для реализации обывательской мечты камерный зал Академической капеллы подошел как нельзя лучше: госпожу Литвинову можно было разглядеть даже с последнего ряда, а вот непоставленный голос все-таки пришлось усилить микрофонной подзвучкой.
Шла публика, понятное дело, не на обещанные в афишах монолог Гамлета и не на Бродского с Цветаевой. Правда, ни того, ни другого, ни третьего госпожа Литвинова так и не исполнила. А жаль: было бы любопытно соотнести ее Принца датского с вековой традицией исполнения «Быть или не быть» великими актрисами, от Веры Комиссаржевской до Аллы Демидовой.
Фото: Валерий Туголуков
До этого вечера у Ренаты Литвиновой был лишь один театральный опыт в мхатовском «Вишневом саде» Адольфа Шапиро, и тогда монологи Раневской звучали ровно так, как будто их переписала для себя сама актриса. С той же привычной юродивой изломанностью, коктейлем хрупкости, утонченности и вульгарности, вышли у госпожи Литвиновой фрагменты из русской литературной классики. «Евгений Онегин» плавно перетекал в «Записки сумасшедшего», «Герой нашего времени» сменялся «Носом» и «Москвой-Петушками». Если бы эти тексты не были столь канонически известны, то определить, где начинался Гоголь с Лермонтовым, а где заканчивались скетчи самой актрисы, которыми Литвинова пересыпала программу, было бы очень трудно.
Отнесись госпожа Литвинова к новому для себя амплуа чуточку серьезнее, ее чтецкую манеру можно было бы принять за упражнение по деконструкции — до оскомины известные тексты распадались на отдельные слоги и фонемы, как в пушкинских спектаклях Анатолия Васильева, у которых Рената Литвинова словно бы одолжила свое «Письмо Татьяны». Но никакой интерпретацией и не пахло: как и на киноэкране, в концертном формате Рената Литвинова играла прежде всего саму себя — ну разве что концентрация фирменного неуловимого безумия была меньше обычного.
«Себя» актриса читала по своей книжке, тут же продававшейся в фойе (за 400 рублей). В антракте ведущая намекнула, что Рената ответит на записки и даст автографы, и юные поклонницы Литвиновой побежали скупать чтиво и сочинять записки.
Ответы Ренаты заняли около получаса. Записки были предварительно отфильтрованы, оставлены только те, что не касались личной жизни, данного выступления в Капелле, была отброшена всякая критика. В итоге получились не столько конкретные ответы, сколько – импровизации как раз на те темы любви, смысла жизни и смерти, гениальности, российских парадоксов. Рената философствовала охотно, смешивая мудрость и наивность, ужимки и искренность. В итоге сама так расчувствовалась, что едва не расплакалась, но взяла себя в руки. Точней, не себя, а книжки, которые протягивала ей из зала разгоряченная толпа.
Автограф-сессия состоялась прямо на сцене, в жуткой давке, заняла минут двадцать, хотя могла бы продолжаться и час, и полтора. Но давка измотала и саму актрису, и публику, и охранники увели Ренату. Литвинова объявила со сцены, что после такого вечера ей очень хочется чего-нибудь выпить, и она с подругами непременно заглянет в какой-нибудь милый ресторанчик, сообщает Фонтанка.ру.
VK
OK
Telegram
Дзен