Сидельцы «Крестов» обвинили в беспорядках администрацию

— Вырваться из камер в Крестах практически нереально, записали разговор в «Новой газете»: отсекатели, решетки, запоры… Допустим, смогли подростки все эти препятствия преодолеть и вырваться наружу. Но чтобы семнадцать человек три часа просидели на заборе, и с ними ничего не могли поделать — такое в принципе невозможно без попустительства со стороны тюремного начальства.
 
Новости из петербургского тюремного ведомства всполошили город. Случившееся сейчас расследует Городская прокуратура, возбудившая по факту беспорядков уголовное дело (ст. 321, ч. 3 УК РФ «Дезорганизация нормальной деятельности учреждений, обеспечивающих изоляцию от общества, совершенная организованной группой с применением насилия, опасного для жизни или здоровья»).

20 сентября в следственном изоляторе № 1 Главного управления исполнения наказаний Петербурга и Ленинградской области — больше известного как Кресты — взбунтовались малолетки. По официальной версии, во время прогулки, около 17 часов, во внутреннем дворе тюрьмы несовершеннолетние узники устроили бунт, требуя смягчения норм режимного распорядка. Заключенные (группа из 17 человек, обвиняемых в совершении тяжких и особо тяжких преступлений) выломали дверь, выбрались на крышу, которую образуют перемычки между отсеками, оттуда закидали камнями Арсенальную набережную, подожгли сигнальную башню (пожар в изоляторе локализовали собственными силами). Кроме того, избили двух сотрудников Крестов. Одного младшего инспектора стукнули чем-то металлическим по голове, отчего он потерял сознание, второго ударили по лицу.

Видео НТВ:

По информации пресс-службы ГУИН, конвоиры вызвали подмогу. На место прибыл отряд спецназа. Однако ситуацию удалось нормализовать без применения физической силы. Около 20 часов того же дня, согласно официальным данным, Кресты вернулись к обычному распорядку. Хотя, как считают сидельцы изолятора, обычным его уже не назовешь…

— Мне мать сегодня посылку передала, — рассказывал в телефонном интервью корреспонденту «Новой» подследственный из Крестов, — я опись прочитал. Пропущена будто через мясорубку: из 35 наименований дошли 12, сигареты поломаны в труху…

— В тюрьме не как на Кипре, на это никто здесь и не рассчитывает, — делился другой обвиняемый. — Но после 20-го режим откровенно усилили. Передачи режут. Обыски по два-три раза в неделю. Мобильники отнимают, что даже смешно. Дай денег — получи телефон обратно. Только теперь в два раза дороже…

— Мы готовим вторую акцию протеста? — Заключенные Крестов, с которыми общались корреспонденты «Новой», поголовно ужасались «собственным намерениям». — Все понятно. Еще будут давить…

 — Голодовка. Зачем? Мы что — враги сами себе?.. Мы же тут жить потом не сможем…

По словам арестантов, и в первый раз в Крестах бунта не было. И уж тем более не планируется никакая вторая акция неповиновения. Если же что-то несанкционированное 20 сентября и произошло, то это затеяли специально. Создали условия. Дали возможности. Спровоцировали.

 — Это была намеренная провокация со стороны администрации тюрьмы, — заявляют сидельцы. — Пришло новое руководство. Так совпало, что и ГУИН, и СИЗО «Кресты» одновременно возглавили новые начальники. Им нужно выслужиться, показать, кто в доме хозяин и что до них никто тут не работал…

— Сегодняшние провокации со стороны лиц, содержащихся в изоляторе, — реакция на смену руководства, — прокомментировала «Новой» действия заключенных руководитель пресс-службы ГУ ФСИН по Петербургу и Ленинградской области Ольга Громова. — Проверка: выдержит — не выдержит? И как отреагирует на беспредел? В данной ситуации просто необходимо повести себя жестко…

В распоряжение «Новой» попал неофициальный прайс-лист с тарифами, якобы существующими в ООО «Кресты».

•    чтобы сразу подняли в хату (камеру) — 200 руб.;
•    вернуться в свою хату после осуждения — 1000 руб.;
•    выход из хаты — погулять по галерке — 100 руб.;
•    сходить к кому-то в гости — от 200 до 500 руб.;
•    получить в камеру черно-белый телевизор, чтобы его зарегистрировали в карточке заключенного — 1000 руб.;
•    мобильник — раньше был от 50 до 100 долларов у контролера, теперь будут по 300.

Ручаться за эти данные редакция по понятным причинам не может. Но если учесть, что денежное довольствие вольнонаемного (гражданского лица, которое обслуживает заключенных), работающего в тюремной системе, сегодня составляет 2,5 тысячи рублей в месяц (причем эта зарплата не зависит ни от выслуги, ни от образования, ни от стажа — ни от чего) — есть повод задуматься.

Сергей Худорожков, начальник СИЗО № 1 «Кресты»:

— Нам известно, что среди арестантов готовится новая акция неповиновения — голодовка. Однако она не будет носить массовый характер: не все «сидельцы» поддержали «инициативу». На мой взгляд, эта акция не связана со сменой руководства в изоляторе, а спровоцирована авторитетами и лидерами уголовно-преступной среды, которые находятся на свободе, и вызвана событиями, происходящими на воле. Лица, планирующие устроить голодовку, как на свободе, так и в изоляторе, — установлены, но называть их в интересах следствия я не могу. К возможным участникам акции неповиновения принимаются превентивные меры, предусмотренные законодательством: уголовное преследование, введение режима особых условий, применение спецсредств, привлечение к вышеуказанным мероприятиям сотрудников спецподразделений. Готовящаяся голодовка не перекинется на другие учреждения уголовно-исправительной системы, а пройдет только в Крестах.

Игорь Михайлов, уполномоченный по правам человека в Петербурге:

— Вмешательства в ситуацию с заключенными СИЗО, которые угрожают новой акцией неповиновения, не требуется, так как люди решают внутри собственный вопрос взаимоотношений между контингентом, находящимся там, и администрацией, руководящей этим учреждением.

Но сегодняшний конфликт в Крестах гораздо глубже, чем просто отсутствие зубной щетки или сигарет у несовершеннолетнего пацана. Мы будем культивировать криминальную традицию или мы наконец сделаем из исправительных учреждений исправительные учреждения, которые позволят нам спасать людей, которые там оказались по недоразумению либо в состоянии аффекта совершили преступление и готовы в конце концов раскаяться? Вот в чем лежит конфликт. Сегодняшний конфликт в Крестах — это борьба за соблюдение закона.